Бездна

Авторка: Silver Raven

Фэндом: Роулинг Джоан «Гарри Поттер», фильм Гарри Поттер (кроссовер)

Персонажи или пейринг: Северус Снейп/Том Марволо Риддл

Рейтинг: NC-17

Жанры: джен, слэш (яой), романтика, юмор, драма, фэнтези, AU, мифические существа

Предупреждения: смерть персонажа, OOC, Underage

Дисклеймер: герои книги/фильма мне не принадлежат

Статус: в процессе

Публикация на других ресурсах: Я царица и далее по тексту. А если надо, стучите, там разберемся.

Описание: Он хотел изменить все – и получил такой шанс. Теперь у него есть возможность исправить ошибки прошлого. Однако у всего своя цена и ему придется заплатить…

Внимание: Данный текст может содержать нецензурную лексику, сцены насилия, намеки и/или описания однополых связей, а также других недетских отношений. Вы предупреждены и понимаете, что делаете, читая его.


Глава 20

Обычно седьмой курс Гриффиндора и Слизерина являл собой образец для подражания. Преподаватели ставили их всем в пример и едва ли не молились на них, потому молодой профессор Защиты от Темных Искусств, успевший прочитать несколько лекций, ничего плохого не ожидал. Студенты Хогвартса даже обрадовались, когда он сказал, что будет практика. Но, стоило мужчине назвать первую пару дуэлянтов, как гриффиндорцы и слизеринцы зашумели.

– Прекратите немедленно! – Тим Джонсон впервые повысил голос на семикурсников. – Что вы как дети малые?!

– Но, сэр, это не лучшая идея! – воскликнул кто-то из задних рядов.

Профессор попытался увидеть умника, сомневающегося в его решениях, но остальные студенты отвлекали, желая доказать, что дуэль между Поттером и Снейпом их ночной кошмар и ему точно не надо воплощаться в жизнь. Джонсон отмахнулся от подростков, громко подозвав к себе Джеймса и Северуса.

Эти двое не возмущались. Как только преподаватель назвал их фамилии, они встретились взглядами и Сохатый пообещал слизеринцу долгую и мучительную смерть, без слов. Тот насмешливо фыркнул в ответ.

Конечно, они послушно подошли к профессору, выслушали, что он сказал, а потом выполнили нужные действия и застыли, ожидая команды.

В рядах зрителей занервничали, кто-то застонал, двое начали молиться, но большинство потянулось за палочками, собираясь закрываться щитами. Жить хотелось всем. Кроме профессора Джонсона, который, конечно, даже не подозревал, что сделал.

– Начали!

Алая вспышка пронеслась в миллиметре от носа преподавателя. Тот шарахнулся назад, едва не упал и изумленно посмотрел на Поттера, который почти отправил профессора в Больничное крыло. Парень недовольно сжал губы, отметив, что Снейп отступил в сторону, пропуская заклинание мимо себя, и насмешливо посмотрел на оппонента.

Джеймс гневно тряхнул головой, снова направив палочку на Змея. Сегодня Северус пожалеет о том, что помешал им с Лили. Чертов слизеринец!

Сам чертов слизеринец и не думал атаковать гриффиндорца, а вот позлить бывшего друга собирался, потому не защищался, только избегал его заклинаний.

Дуэльный зал наполнился вспышками заклинаний. Сохатый не останавливался. Он злился. Гнев, который накапливался в нем, наконец-то нашел выход, отключив разум и другие чувства. Сейчас Джеймс хотел не просто сделать Северусу больно, парень жаждал убить слизеринца.

Снейп оценил ярость Поттера и прекратил избегать заклинаний гриффиндорца, часть блокируя щитами, остальные отбивая, стараясь не задеть ни профессора, ни остальных студентов, которые сбились в кучку и с ужасом следили за происходящим, приближаясь к анимагу. Тот, заметив это, перестал швыряться заклятиями без разбору, сосредоточившись на том, чтобы сломать щит противника, используя всё более опасные чары. Северус, наплевав на опасность, бросился к нему, заподозрив, что юный маг в шаге от использования запрещенных заклинаний. Это действие удивило Сохатого, он на секунду остановился, пытаясь понять, что делает слизеринец, чтобы в следующую отлететь назад от удара.

Снейп ругнулся, с силой переборщил. Подскочив к гриффиндорцу, зельевар убедился, что тот жив, и обернулся к преподавателю, который ошарашено пялился на них.

– Сэр, думаю, Джеймсу нужна помощь мадам Помфри.

Тим Джонсон моргнул, собрал мысли в кучку и кивнул.

– Да, да, Ваша правда, мистер Снейп. Сейчас, одну мину…

Северус ждать не стал, использовал заклинание и поднял Поттера в воздух, после направился к Больничному крылу, сопровождаемый перепуганными взглядами.

– Теперь понимаете, сэр, почему их никогда не ставят в пару? – спросил Сириус Блэк, после чего поторопился догнать друзей, не дожидаясь ответа.

Да, теперь Тим Джонсон осознал, почему студенты седьмого курса впали в такую панику. Для себя профессор ЗОТИ отметил: больше никогда не ставить этих двоих в пару!

Бродяга догнал Змея у входа в Больничное крыло.

– Привет.

– И тебе не болеть.

– С ним всё нормально будет?

– Надеюсь. Сейчас мадам Помфри его осмотрит и скажет.

– Так плохо? – забеспокоился анимаг, покосившись на Джеймса.

– Я немного переборщил, – сознался зельевар. – Не рассчитал силу удара.

– Да уж, приложил ты его знатно, – пробормотал Блэк, когда Снейп уложил Поттера на кровать, а из своего кабинета показалась встревоженная ведьма.

Женщина засыпала Северуса вопросами, а тот быстро и четко отвечал. Сириус ощутил себя здесь лишним, но не ушел, ему хотелось поговорить с другом и пусть потом Сохатый и Хелен хоть ядом изойдут. Он соскучился, им со Змеем не удавалось нормально поболтать, после расставания Лили с Джеймсом.

– Идем, мадам сказала, что с ним всё будет нормально, немного челюсть поболит, но она даст ему зелье. – Заговорил слизеринец, кивком попрощавшись с магичкой, подтолкнув друга на выход.

– Лучше пусть болит, может, мозги на место станут, – проворчав Сириус.

– Сомневаюсь в этом, – хмыкнул зельевар. – Как ты? Ремус вечно что-то умалчивает.

– Вы общаетесь?! – возмутился Блэк.

– А не должны?

– Без меня?! Может и Питер с вами?

– Догадлив.

Бродяга открыл рот, желая высказать всё, что он думает, но слова стали поперек горла и с губ сорвался только клекочущий звук.

– Подражаешь чайнику?

– Нет! – вмиг обрел дар речи анимаг. – Северус!

– Извини, не удержался, ты так забавно выглядел.

– Гад.

– Куда от этого деться? – равнодушно пожал плечами Снейп.

Гриффиндорец фыркнул, помолчал пару минут, продолжая брести рядом со слизеринцем, а потом произнес:

– Без тебя странно. Мне не хватает твоих ехидных комментариев.

– Я могу написать их на листке, будешь перечитывать. – Сириус бледно улыбнулся на это предложение и Северус сразу утратил веселость. – С тобой всё нормально?

– Не знаю. Иногда мне хочется тебе врезать, а потом наорать и потребовать, чтобы ты вернул прошлые годы, когда мы все были дружной компанией. Когда мы были беззаботными, а тебя можно было поймать и поплакаться в жилетку.

– Ты никогда такого не делал.

«Даже когда было плохо», – но этого Снейп не добавил.

– Да. – Кивает Блэк. Зло как-то, с отчаяньем. – А теперь хочу.

Зельевар остановился, Бродяга сделал несколько шагов и тоже замер. Прозвенел звонок и, если они хотят поговорить, то нужно отсюда уходить, пока остальные студенты не помешали им. Змей приблизился к другу, схватил его за руку чуть выше локтя, и повел за собой. Гриффиндорец послушно шагал, не спрашивая и не протестуя. Казалось, что его здесь и нет, будто за Северусом идет кукла, а не живой человек.

Выручай-комната распахнула свои двери без обязательного хождения туда-сюда, стоило только остановиться у стены. Их ждала уютная комната, хотя Снейп не успел оформить в голове нужное желание, а Блэк в этом не мог помочь.

Зельевар усадил Сириуса в кресло и опустился перед ним на колени, заглядывая в глаза. Парень никак не отреагировал. Словно до разговора с Северусом был под Империо, которое висело над ним черной тучей многие годы и вдруг заклятие пало, а гриффиндорец потерялся в своей памяти, пытаясь восстановить ход событий.

Обхватив лицо друга пальцами, зельевар недовольно нахмурился, ощутив жар, но, наверное, причина была в том, что руки Снейпа замерзли и даже ему самому казались холодными, как лед. Змей подождал немного, ожидая реакцию Сириуса, однако, не получив результата, позвал друга. Раз, второй, на третий Бродяга среагировал. Моргнул, взгляд стал осмысленным и парень выдавил:

– Ты всегда такой… – губы Блэка дрогнули, на лице проступили эмоции, которые Змей не смог разобрать. Презрение? Отвращение? Анимаг часто-часто заморгал, хрипло вздохнул и Северус сам не поверил в свой вывод. Казалось, будто Сириус сдерживает слезы. – Такой нежный, – слабым голосом продолжил гриффиндорец, – что аж больно. – И всхлипнул.

Снейп, изумленный происходящим до глубины души, сдвинул руки на затылок друга и тот ткнулся в его плечо, задыхаясь от слез. Змей молчал. Слов у него не было. Он никогда не видел, чтобы Сириус плакал. Шутник Блэк казался беззаботным весельчаком, которого проблемы не пугают. Он встречал их с храбростью, что граничила с безрассудством. А сейчас плакал так, словно небо упало вниз и уничтожило его жизнь до самого основания.

– Его нет, – хрипло пробормотал Бродяга, переводя дыхание.

Кого нет? Едва не спросил Северус, но успел себя остановить. Брата и друзей гриффиндорца он видел утром, за это время с ними не могло произойти что-то ужасное, да еще так, чтобы зельевар об этом не узнал. Отец? Но тогда бы Регулус уже вытащил Снейпа из класса. Только если…

– Твой дядя…

– Умер. – Подтвердил Сириус, следя, как Змей неуверенно поднимается на ноги.

Слизеринец поймал взгляд Блэка и тот опустил голову.

С Альфардом Северус так и не познакомился, хотя Бродяга очень этого хотел. С матерью у парня установились более-менее ровные отношения, а не вооруженный нейтралитет, как было раньше. С отцом ситуация наладилась немного быстрее, отрешенность уступила место привязанности. А вот дядю Сириус обожал всегда. Мужчина его поддерживал и помогал, когда остальная семья предпочитала игнорировать.

– Когда ты узнал?

– Ночью, мать написала.

Снейп отогнал подальше злую мысль: а не могла она подождать до утра?!

– Знаешь, а ведь он обещал приехать на выпускной бал. Говорил, что сделает мне потрясающий подарок.

Северус не представлял, что сказать в такой ситуации. На него утешающие слова в свое время не подействовали. Змей замер,  а после подозрительно посмотрел на Блэка. Тот был спокойным с утра. Ненормально спокойным.

– Ты с кем-нибудь разговаривал?

Сириус посмотрел на друга и криво ухмыльнулся.

– С Джеймсом. Попытался. Он от меня отмахнулся и продолжил спать, как ни в чем не бывало.

– Остальные? – Бродяга покачал головой. – Ты всю ночь просидел?

– Нет, гулял по школе, а потом вышел на улицу.

Ноябрь уже. Часто идут дожди. Иногда со снегом. Вчера погода испортилась, вечером начался дождь и шел до самого утра.

Северус прижал ладони к лицу Блэка. Горячее. Это жар или у Снейпа настолько замерзли руки? Змей наклонил голову и прижался губами ко лбу Сириуса, тот хихикнул, а слизеринец, подняв голову, недовольно цокнул. У Бродяги температура.

– Зелье пил?

– Да, – неожиданно сонно ответил гриффиндорец.

– Какое? Когда?

– Утром… что-то из запасов Ремуса…

Зельевар запаниковал – у оборотня нет ничего от простуды! Да еще и все зелья Люпина индивидуальны. Снейп сам их варил, однако сейчас не мог вспомнить ни одно, чтобы действовало таким образом.

Встряхнув друга, Северус спросил какого цвета было зелье, но Блэк что-то проворчал и отключился. Змей выругался. Громко. Подхватил друга на руки, совершенно забыв, что он маг и тяжести в руках может не таскать, используя в таких ситуациях заклинания, и помчался в Больничное крыло.

Плевать, пусть мадам Помфри из него хоть душу вытрясет, пусть делает, что хочет, лишь бы успела помочь Сириусу.

 

***

Снейп открыл глаза. Темно. Еще ночь? Или это хмурое, дождливое утро?

Он пошевелился, осмотрелся – и вспомнил. Больничное крыло. Вчера. Или еще сегодня? Ладно, не важно, пусть будет вчера. Он притащил сюда Блэка. Помфри удивилась, подумала, что он и второго гриффиндорца на дуэли приложил. Только намного сильнее, чем Джеймса. Потом, выслушав объяснения Северуса, она перепугалась. Как оказалось не зря, Сириус выбрал зелье, в которые входили весьма опасные для простого человека (будь он хоть трижды магом) компоненты. Оборотню они навредить не могли, даже если бы Люпин выпил несколько бутылочек сразу. На анимага зелье подействовало странно, не сразу отравило, а через несколько часов. Еще и температура, плюс ночные переживания. Удивительно, что Бродяга не учудил чего-то, был настолько подозрительно спокойным до разговора со Снейпом, что невольно закрадывается мысль о каком-нибудь заклинании. Но ни зельевар, ни Поппи Помфри ничего не обнаружили.

После того, как они нашли проблему, Змей варил противоядие, медсестра поила им Сириуса, а потом взялась за самого слизеринца. Северус помнил, как его колотило. Помнил, как ласково женщина уговаривала выпить успокоительное. А дальше всё как в тумане. Когда только Помфри успела подсунуть ему зелье сна?

Снейп посмотрел на соседнюю кровать. Сириус спит. Приподнявшись, он различил в темноте силуэт Поттера. Значит, ночь четверга еще не прошла. Поппи не рассчитала порцию? Нет, эта женщина внимательна к мелочам, минимальная доза зелья сна должна была вырубить часов на восемь, как раз утром бы он и проснулся.

Его что-то разбудило? Возможно. Это зелье не настолько мощное, чтобы он был под властью беспробудного сна до самого утра. Его мог разбудить громкий звук или чье-то прикосновение.

Северус прислушался. Ничего. Может Пивз? В Больничном крыле? Ну да, ну да. Полтергейст скорее бы смог в гоблинский банк явиться, чем попасть на территорию медсестры. Ведьма окружила свои владения щитами так плотно, что даже сейфы Гринготтса уступали им в надежности.

Он не ощущал никого лишнего.

Может, естественная нужда? Острой необходимости срочно посетить уборную не было, но Снейп туда сходил. Утром бы пришлось торопиться.

Вернувшись, он устроился в кровати, закрыл глаза и едва не подскочил.

Тик-так.

Прямо над ухом. Северус сел и огляделся. Никаких часов.

Тик-так. Тик-так. Тик-так.

А звук был. Четко слышный. Что за чертовщина?

Звук постепенно затих. Снейп расслабился немного, подождал пару минут, но тиканье часов не вернулось, и он снова устроился в кровати, на этот раз быстро уснув.

А утром, как только проснулся и привел себя в порядок, направился к директрисе Макгонагалл для важного разговора. После чего ушел в общежитие Слизерина и к вечеру парень покинул Хогвартс.

 

***

Люциус с любопытством смотрел, как к его отцу подошел какой-то блеклый маг, чтобы переговорить.

Старший Малфой поначалу был недоволен. Парень, хоть и не слышал слов, отлично различал наименьшие проявления эмоций Абраксаса, а ведь для  других мужчина оставался совершенно спокойным. В одну секунду отец изменился. Удивился. Даже переспросил что-то. Недоверчиво качнул головой. Блеклый маг показал какую-то бумагу, и аристократ внимательно ее прочитал, после чего попытался забрать. Министерский служащий быстро спрятал документ и яростно стал доказывать что-то. Абраксас кивнул и, поймав взгляд сына, жестом подозвал Люциуса к себе.

Младший Малфой направился в банк, чтобы снять целую тысячу галеонов. И это за какую-то бумажку! Но волю отца парень исполнил, даже слова не сказал, когда тот отдал блеклому магу деньги и забрал документ.

– Что это? – не выдержал Люциус, когда они покинули Косой переулок.

– Приговор для Винсента, – мрачно произнес Абраксас.

«И не только для него», – подумал мужчина. Имя, написанное на бумаге, приговор для всех Пожирателей, потому что они все прошляпили появление лорда Принца, покровителя Снейпа и троицы его друзей.

Абраксас не знал, что работник Министерства ему солгал. Он нашел только два контракта, а остальных студентов просто дописал, потому что его едва не обнаружили в отделе, куда молодым сотрудникам вход был запрещен под страхом смерти.

 

***

Лили замерла на пороге кабинета. Никого.

Ее рука потянулась к палочке еще до того, как в голове четко оформилась мысль.

Парнишка с четвертого курса говорил, что гриффиндорку здесь ждут. Однако небольшой кабинет пуст. Ни директрисы, ни гостей, которые так жаждали увидеть девушку.

Кончик палочки описал петлю, а Эванс тихо пробормотала заклинание.

Точно. Там есть кто-то живой. Лили направила на то место палочку – и раздались хлопки.

– Браво, юная леди, – обращение насторожило гриффиндорку. – Не стоит беспокоиться. – Чары прекратили свое действие, и перед девушкой появился мужчина. Незнакомый. До этого момента, она его ни разу не видела. – Подобная информация недоступна остальным людям.

– Но Вы знаете, – тихо произнесла Лили, не собираясь опускать палочку. А если это тот маг?!

– Конечно, я из Отдела Тайн. А вся информация о лорде Принце и его семье теперь находится у нас.

– Причина?

– Ваш брат видящий.

– У него был переходной дар. – Фыркнула Лили. – И видящие не настолько редки…

– Конечно, – улыбнулся мужчина, – именно так. Только тем, у кого дар с рождения, нет никакого дела до реального мира, они редко делятся чем-то полезным. И их сразу можно отличить от простого мага или маггла. А те, к кому дар перешел, в большинстве случаев сходят с ума. Ваш брат редкость. Дар видящего не повредил его разум. И он обрел знания, которые остальным недоступны.

И которые Вы хотите получить. Но Лили проглотила эти слова.

– А я Вам зачем?

– Одна из причин – Вы родственница лорда Принца. А также сильная магичка и магглорожденная. Последние нам очень нужны.

– Зачем?

– Немногие маги могут адекватно реагировать на мир магглов.

Лили недоверчиво хмыкнула, а потом едва не полетела на пол, когда дверь, к которой она прижималась, толкнула ее в спину.

– Эванс?! – изумился первый голос.

– Прости, Лили, – добавил второй.

– Алекс? Бен? – удивлено спросила девушка, посмотрев на друзей.

Те бросились к ней, помогли встать и с подозрением уставились на незнакомого мужика.

– Вы кто такой?

– Что здесь происходит?

– Это…

– Великая удача, что вы так дружны, – улыбнулся старший маг. – С сегодняшнего дня ваша жизнь изменится, юные невыразимцы.

Трое ошарашенных взглядов ему были ответом.

 

***

Когда перед Гонтом появился Малфой, Лорд читал очередной вежливый отказ, от которых мужчину уже тошнило, так что отвлечься он был рад.

– Что у тебя?

Абраксас ничего не сказал, только положил перед Волдемортом какую-то бумагу, ожидая бури. И та не замедлила показать себя во всей красе. В комнате потемнело и стало холоднее. Чистокровный сдержал нервную дрожь, видя, как в глазах господина загораются багровые искры.

– Лорд Принц, – медленно произнес Марволо. – Куда вы, дементор вас поцелуй, смотрели?! – полыхнул гневом темный маг.

– Этот вопрос лучше задать Винсенту, – перевел стрелки аристократ.

– Шкуру свою спасаешь? – подозрительно ласково спросил Гонт у побледневшего Абраксаса. – Я спрошу. – Оскалился Волдеморт. – Но для начала ответь ты.

Малфой сглотнул, не в первый раз жалея, что принес проклятую бумагу лично. Нужно было отправит ее письмом. Да только тогда Лорд бы сам явился к нему домой.

– Я… я сомневаюсь, что старуха Принц рискнула бы взять кого-то со стороны. Детей, кроме Эйлин, у нее не было. Но девушку изгнали из рода. Ее отец был весьма разгневан выходкой дочери и не собирался принимать ведьму обратно в семью. Пока он был жив, даже если бы Эйлин родила мальчика, ребенка бы не признали.

– Ты думаешь, что у нее не могло быть детей? – вкрадчиво поинтересовался Марволо.

– Не могу себе этого представить, – честно сознался Абраксас. – Я был абсолютно уверен, что она никогда не выйдет замуж. У Эйлин весьма специфический характер, паршивый, проще говоря. Она мало кого уважала, а магглов даже за людей не считала.

– Даже так, – слегка удивился Марволо.

– Да. Поэтому я поразился, когда услышал, будто она влюбилась в маггла. Эйлин? В маггла? Это было невозможно. Словно солнце взошло на западе, а не на востоке. Я скорее поверил бы, что она жениха и всех гостей на свадьбе отравила.

– Колоритная девушка.

– Еще бы, может, как боевая магичка, Эйлин Принц была не особо сильна, но, как зельеварша, она с легкостью уничтожила бы целую армию. С ней мало кто сравнится на этом поприще, большинство нынешних ей и в подметки не годятся.

– А ты ее хорошо знаешь. – Подозрительно сощурился Гонт.

– Не особо. У нас с ней был взаимовыгодный союз. Я помогаю ей с ЗОТИ, она мне с зельями. Еще немного общались, но это было трудно. Принц была весьма изобретательна в словесных пикировках и уничтожала противника либо сразу, либо позволяла себе насладиться метаниями жертвы и медленно разделывала ее на части.

– То есть ты сразу всё это на себе испытал? – уточнил Лорд. Малфой кивнул. – Ясно. А теперь что думаешь? – Марволо постучал пальцем по словам «лорд Принц».

– Возможно это ее сын. Полукровка. Только я не могу представить себе, чем маггл смог бы заинтересовать недружелюбную и озлобленную Эйлин.

– Так уж и озлобленную?

– Часто мне казалось, что она готова разорвать горло любого подошедшего к ней зубами.

– Очень интересно, – пробормотал Волдеморт. – Благодарю за информацию.

– Я могу идти?

– Иди.

Абраксас поторопился исчезнуть с глаз Лорда, а тот повел пальцем немного вниз и остановился на имени Северуса. Так вот почему парень не спросил ничего о роде Принц. Он и так всё знал. Гаденыш.

Гонт грохнул по столу, отбил себе руку, выругался, после чего просто смел все бумаги на пол. Мелкий, лживый грязкокровка! Так вот почему он днями и ночами в библиотеке сидел, хотел узнать, что известно Марволо. Убить паршивца!

Нет, сначала вытрясти информацию, а потом посадить на цепь. А чертового лорда Принца разрезать на куски. И плевать, что это страж. Статуэтка богини почти под его носом. Стоило только руку протянуть и прижать так понравившегося парня. Волдеморт неожиданно ухмыльнулся. А с чего он взял, что это было по-настоящему? Снейп талантливый зельевар, мог и подлить что-нибудь. Слизеринец ведь готовил еду не раз.

Мысль о том, что Северус понравился ему намного раньше, чем он съел что-то из рук парня, мелькнула смутной тенью на краю сознания. И была безжалостно сметена яростью Лорда.

Если вы найдете ошибку выделите ее и нажмите Shift + Enter или Кликните сюда чтобы отправить нам уведомление.

Добавить комментарий