Бездна

Авторка: Silver Raven

Фэндом: Роулинг Джоан «Гарри Поттер», фильм Гарри Поттер (кроссовер)

Персонажи или пейринг: Северус Снейп/Том Марволо Риддл

Рейтинг: NC-17

Жанры: джен, слэш (яой), романтика, юмор, драма, фэнтези, AU, мифические существа

Предупреждения: смерть персонажа, OOC, Underage

Дисклеймер: герои книги/фильма мне не принадлежат

Статус: в процессе

Публикация на других ресурсах: Я царица и далее по тексту. А если надо, стучите, там разберемся.

Описание: Он хотел изменить все – и получил такой шанс. Теперь у него есть возможность исправить ошибки прошлого. Однако у всего своя цена и ему придется заплатить…

Внимание: Данный текст может содержать нецензурную лексику, сцены насилия, намеки и/или описания однополых связей, а также других недетских отношений. Вы предупреждены и понимаете, что делаете, читая его.


Глава 25

Северус осматривался, щурил глаза и невольно хмыкал.

Яркая зелень под ногами. Сочная, густая, похожая на роскошный ворс ковра. Зельевар не поленился, сорвал травинку, растер ее между пальцами и поднес руки к лицу. Даже запах есть. И вкус тоже.

За спиной тянулся лес. Его ветки переплелись настолько плотно, что, будь у мага с собой нож, лезвие не смогло бы протиснуться между ними. Знакомый лес. Или это только кажется? Острые шипы явно намекали, что Снейп пожалеет, если попробует поискать здесь путь.

Широкая полоска зелени была зажата между лесом и рекой. Поверхность воды была гладкой как стекло. Ровная-ровная, ни волн, ни другого берега. Можно было бы подумать, что это море, но дальше воды не было. Ничего не было. Словно не хватило красок. Или исчезло желание рисовать.

Маг неторопливо пошел к реке. А куда еще? Искать тропинку сквозь лес? Не позволят.

Стоило ему пройти половину пути, как над рекой появился мост. Деревянный, черный. Строение совершенно не вписывалось в общую яркую картинку. Зелень под ногами, синее небо с желтым солнцем, которое не слепило глаза и больше напоминало желтый круг, нарисованный маленьким ребенком. А уж на фоне молочно-белого тумана, что скрыл под собой противоположный берег, черный мост напоминал плавник морского чудовища. Огромного, надо заметить, чудовища.

Северус замер перед мостом. Переходить или не переходить на ту сторону? Покачал головой – и сделал шаг вперед.

Чужая рука уперлась ему в грудь и оттолкнула назад.

– Рано.

Тобиас Снейп. Он преградил путь к мосту и улыбался. Весь его вид говорил о спокойствии.

«Вечном», – угрюмо подкинуло сознание.

– Наверное, это прозвучит странно, – заговорил мужчина, – но я рад тебя видеть, Северус.

– Да? Не ты ли говорил, что мне еще рано. Кстати, что «рано»?

– Ступать на мост. Еще не время.

– Вот как. – Зельевар не знал, что он хотел больше. Обнять стоящего напротив человека или врезать ему. – Прими свой настоящий облик.

– Это он и есть.

Младший Снейп вздохнул.

– Тогда верни свой первый облик, лорд Принц.

– Отцом меня больше называть не будешь? – огорчился Тобиас, не опровергая слов Змея.

– Пожалуйста. Отец.

Теперь вздохнул мужчина, взъерошил себе волосы и кивнул. Изменения произошли мгновенно. Северус даже моргнуть не успел, когда маггл исчез, а перед ним стоял давний знакомый. Воин-маг из снов.

– Первый лорд Принц.

– Догадливый, – быстро улыбнулся мужчина.

– А мама? Она была твоей супругой?

– Нет. Эйлин перерождение моей возлюбленной. – Тобиас помолчал немного. – Отойдем в сторону, не будем мешать остальным. – Воин-маг махнул рукой за спину зельевара. Младший Снейп сделал пару шагов вдоль берега и только после этого оглянулся. Едва видимые тени скользили к мосту, медленно ступали по нему, обретая плоть, подходили к туману – и исчезали. – Царство мертвых. – Произнес мужчина. – Здесь нас не подслушают и не смогут помешать. Во владения Смерти никто не сунется. А если найдется безумец, то она лично выйдет его встречать. И развеет.

– А я?

– А ты на грани. – Мрачно произнес первый лорд Принц. – Надеюсь, недолго.

– Жаждешь, чтобы я присоединился к вам? – усмехнулся Северус, осмотревшись и усевшись на землю.

– Хочу, чтобы ты вернулся назад. – Тобиас устроился рядом. – А пока у нас есть время поговорить.

– И ты, наконец-то, ответишь на мои вопросы?

– Возможно. Но для начала я расскажу тебе одну историю. Она длинная, так что будь терпеливым.

– Постараюсь, – кивнул Северус.

– С богиней развлечения мне довелось встретиться в восемь лет. Я мало что помню о времени до этого события. Знаю, что попал на корабль. Был шторм и судно потонуло. Меня вытащили слуги богини развлечений и шуток. Я был тощим, мелким недоразумением с острым языком. За словом в карман не лез и частенько получал. Но в этот раз я умудрился оскорбить богиню. Ей это не понравилось. Сильно. Немногие могли бросить ей грубые слова в лицо и уйти безнаказанными. Я в их число не входил. Наказание было жестоким. На меня надели рабский ошейник и сделали шутом. – Воин-маг поморщился, вспомнив прошлое. – Жизнь раба ужасна, а уж если ты не в милости у господ, то лучше умереть сразу. Не раз жалел о том, что меня вытащили из моря.

– А о своих словах?

– Почти нет. Потом узнал, что богиня, чьим рабом я был, не только за мирные развлечения отвечает, а еще за ложь и жестокие шутки, которые не раз приводили к смерти. Ей ничего не могли сделать. Точнее не хотели. Она ведь любимая дочь Верховной богини, никто не желал с ней связываться. «Любимчиком» у лгуньи был я. Так что большинство жестоких шуток и кровавых игрищ касались меня. Было несколько раз, когда я почти отправлялся за грань, но находился кто-то жалостливый. Лечили. Однажды переборщили. Лечить не стали, богиня шуток и лжи сообщила, что я ей надоел. Тогда меня едва живого подбросили к дверям храма Смерти. Наверное, я молился. Не знаю. Было слишком больно. А потом пришло спокойствие. Сама Хозяйка мертвых решила посмотреть, что случилось. Или почувствовала, что умирает тот, кто не должен был. А может нашла человека, посмевшего от нее прятаться. Мне не известна причина, почему Госпожа оказалась там в то время. Она никогда об этом не говорила, а я не смел спрашивать. Удивительная милость с ее стороны, Смерть меня не забрала в мир мертвых. Но, мало того, что призвала целителя, так еще и взяла под свое крыло. Впрочем, богиня лжи воевать с Госпожой не посмела.

Здесь нужно кое-что объяснить. Хозяйка мертвых не имеет права вмешиваться в дела живых без важной причины. Если до смертных она рано или поздно все равно доберется, то с богами проблемы. Они бессмертны. Почти. Смерть может их уничтожить. Лично или руками своих воинов.

– Но только, когда есть причина.

– Да, – кивнул Тобиас. – Хотя она умудрялась их находить. Оскорбление? Уничтожить. Не выказали должного почтения? Уничтожить. Протянули руки к моим служителям? Уничтожить. Попытались убить воина храма? Уничтожить. Прежде, чем боги поняли, как действовать, Госпожа успела убить больше половины высших существ, а живые боялись даже посмотреть в сторону ее самой или служителей.

– Хотела всех уничтожить?

– Много мелких богов. – Вздохнул воин-маг. – Часть из них очень быстро меняла свою божественную сущность на демоническую. Собирали армии, устраивали разрушения, меняли мир живых и создавали своим маленькие измерения. Проблема небольшая, но надоедливая. Была, пока бывшие боги не решили замахнуться на власть Хозяйки мертвых. Смерть тогда уничтожила почти всех. И демонов, и тех богов, кто их поддерживал. Высшие сущности, которые не знали тонкостей всей этой истории, стали очень осторожными и Госпожу старались не провоцировать. Впрочем, нашлась одна наглая особа. Богиня развлечений и лжи. Она частенько нарушала ход времени. Мир несколько раз оказывался на грани гибели, но Верховная успевала вмешаться. Спасала и мир, и свою дочь. Смерть требовала, чтобы лгунью отдали ей, но вечно что-то случалось в ее владениях, потому Госпоже приходилось возвращаться, а источник проблем на время затихал.

– Так это Хозяйка лгунью так приласкала?

– Нет. Первой начала Верховная богиня.

– И что послужило причиной?

– Многое. – Странно улыбнулся Тобиас. – Вернусь к тому, что Госпожа меня нашла и взяла под свое крыло. Я не мог быть простым служителем, мне выпала стезя воина-мага. Смерть дала мне имя.

– Тобиас, – пробормотал Северус.

– Да. Это мое имя. До того момента у меня была только кличка «шут». Она сняла рабский ошейник и дала мне имя. Моя жизнь сделал крутой поворот. Учеба в храме Смерти непростая. Особые знания, ритуалы. Меня и нескольких моих братьев и сестер по оружию готовили к сражению с теми, кто прячется от Смерти. А они сильны, умны и коварны. Учеба, тренировки и хорошая кормежка сделали свое дело. Из мелкого и тощего недоразумения вырос привлекательный молодой мужчина. – Тобиас хмыкнул. – И меня снова угораздило зацепить богиню лжи. Я был с ней вежливым, спокойным, не оскорбил ни взглядом, ни жестом, ни словом. Хотя хотелось. Сильно. На ее предложение ответил отказом и думал, что мы друг друга поняли.

– И? – подтолкнул Северус.

– Ей не отказывают. А те, кто посмел сделать подобное, очень об этом жалеют. Обычно она подбиралась через близких людей. Но у меня их не было, а друзья, как и я сам, находились под защитой Госпожи. Смерть бы с радостью воспользовалась шансом прикончить источник своих проблем. Потому лгунья решила подождать. – Мужчина сжал кулаки. – Дождалась. Бог любви потратил на меня стрелу. С Эйлин, хотя тогда ее звали иначе, я встретился после долгой и изнуряющей охоты. Один маг все никак не желал встречаться с Госпожой, хотя уже давно должен был попасть в ее владения. Провести несколько лет в тишине и спокойствии, подумать над своим поведением и отправиться на перерождение. На встречу я его отослал, но и сам целым не остался, а жрица Верховной богини меня подлечила.

– И ты сразу же влюбился.

– Нет. Она мне не понравилась. Я подумал, что женщина слишком гордая и наглая. Но чем-то зацепила. Начал искать с ней встреч. Сначала только посматривали друг на друга. И не всегда приветливо. Потом начали разговаривать. Хотя это больше напоминала обмен ударами, только словесными.

– Весело проводили время.

Тобиас кивнул.

– Я осознал свои чувства позже. И, признаюсь, не знал, что делать.

– Запрет?

– Нет, – покачал головой воин. – Госпожа, конечно, установила строгие правила, но запрета на отношения не было. У нас. А вот жрицы Верховной не могли иметь мужей. Но если служительницы жаждали создать семью, то покидали храм и утрачивали все свои привилегии. – Первый лорд Принц вздохнул. – Я не надеялся, что моя возлюбленная ответит мне взаимностью. Служителей Госпожи боялись и уважали, но не испытывали симпатии. На взаимность со стороны жрицы Верховной богини надеяться было глупо.

– А ты надеялся?

– Скорее мечтал. Но между нами произошел серьезный разговор и мы выяснили, что нравимся друг другу. Правда, потом всё было не настолько радужно.

– Лгунья вмешалась?

– Да. Сначала пакостила по мелкому, но не смогла нас поссорить, а потому подкинула идею своей матери, отправить мою возлюбленною в другое королевство, чтобы служительница подумала о жизни и решила надо ли ей такой супруг. Готова ли отказаться от всего, ради простого воина? Эйлин это не заставило изменить свое мнение, а меня не пугало расстояние. Я собирался поехать к ней. – Тобиас помрачнел. – Богине развлечений и лжи не понравилось ни решение жрицы, ни мое желание навестить или даже переехать к возлюбленной. К тому же, у меня с лгуньей состоялся еще один разговор и в этот раз я не был сдержан. Высказал ей все. Если бы я знал… – мужчина покачал головой. – Богиня разозлилась. И решила сделать мне больно. Чтобы я жил, помнил и мучился.

Воин-маг замолк. Северус подождал немного, но отец не торопился продолжать.

– Она убила твою возлюбленную? – спросил зельевар.

– И ее в том числе. Богиня развлечений и лжи стерла с лица земли всё королевство.

– За это Верховная наказала лгунью?

– За это она притащила свою дочь на божественный суд, но злобная шутница отделалась бы тем, что ей погрозили пальчиком. И высшие существа выбрали время, когда Смерть не могла к ним присоединиться, Госпожа наводила порядок в своих владениях. Я не мог позволить простить подобное преступление – и позвал Хозяйку мертвых. Она меня услышала. И остальные высшие сущности тоже. Никто не рискнул меня одернуть и заткнуть рот. Никто не решился сделать со мной что-то, кроме богини лжи. Она прокляла меня. Чтобы я перерождался, находил свою возлюбленную, убивал ее и только тогда вспоминал свою прошлую жизнь. – Тобиас болезненно улыбнулся ошарашенному Северусу. – В ту секунду лгунья подписала себе приговор. Она развязала руки Госпоже, но прежде, чем Смерть успела переместиться к нам, вмешалась Верховная богиня. Превратила шутницу в артефакт и привязала его ко мне. Хозяйке мертвых это не понравилось, а уж когда она услышала условие освобождения лгуньи из подобного заточения, то была близка к тому, чтобы развеять мать богини лжи.

– И что это за условие такое, если вывело из себя Госпожу?

– Для своего освобождения лгунья должна была заставить меня загадать желание, после чего убить. Любым способ на ее усмотрение.

– Паршивое условие.

– Это ты еще не слышал способ, который мог освободить меня от артефакта.

– Я весь внимание.

– Простить.

– Что?

– Я должен был ее простить. И тогда бы она прекратила быть артефактом и, возможно, оставила меня бы в покое.

– Что за способ такой? И это наказание за уничтожение целого королевства?

– Подумаешь, кучкой людей меньше. – Тобиас пожал плечами, а потом с кривой улыбкой произнес: – Смерть любит жестокие шутки. – Северус вздрогнул. – Да, немного изменено. Это должно было служить напоминанием мне и предупреждением для моих потомков. Госпожа не могла отменить слов Верховной богини, живые не в ее власти.

– Но ты ведь воин храма Смерти.

– Да, именно поэтому Хозяйка мертвых имела право подправить условия. К тому же, дочь Верховной прокляла меня первой, оттого мой с лгуньей, скажем так, контракт можно было сильно изменить. Жаль, что не отменить. Для начала Госпожа выреза на мне несколько знаков, изменив мой статус из лучшего воина на главного жреца, который и после своей гибели будет служить ей. Потом я объясню зачем она это сделала, а пока лучше расскажу, как Смерть изменила условия. Первое – запрещало меня убивать. Богиня развлечений и лжи, ставшая статуэткой многоликой женщины, могла предложить мне загадать желание, но не намеренно убивать. Ни лично, ни приложив к этому свою ручку. Госпожа сразу бы узнала всю правду.

– Особый контроль.

– Еще бы, Хозяйка почти заполучила ее в свои руки – и тут такой сюрприз. А чтобы у лгуньи не возникало соблазна, Смерть сказала, что если шутница меня убьет, то навечно останется артефактом. И после этого ничто и никто не сможет вернуть ее к первоначальному виду. Второе условие коснулось освобождения богини – она должна была собрать определенное количество душ моих потомков. Тогда бы лгунья вернула свой облик и смогла бы откупиться от Хозяйки, но подойдут не все души. Мои потомки должны загадать желание. А чтобы усложнить задачу шутнице, Госпожа добавила, что половина из этих душ должны принадлежать женщинам и лгунья не может получать больше, чем одного человека за поколение. Если попробует взять больше, то навечно останется статуэткой. А вот с третьим условием возникли проблемы. Именно с тем, которое должно помочь мне… – воин-маг на секунду замолкает, – мне или моему потомку освободиться от артефакта. Верховная упирала на прощение. Смерть согласилась, сказала, что оно должно быть искренним, не только на словах, а от самого сердца и тогда Многоликая богиня лжи исчезнет.

– В каком смысле? – спросил Северус. – Исчезнет, то есть отстанет? Или «исчезнет» означает гибель?

– Второй вариант.

Зельевар удивленно покачал головой. Шанс избавиться от статуэтки есть. Но – простить? После того, что она сделала лично ему? Не выйдет.

– Да, у меня не получилось. Простить я ее не смог. Никак. А вот пакостить ей хоть на словах хорошо получалось. Я уехал. Так далеко, как только смог. Госпожа мое решение одобрила и от родственников богини спрятала. Я начал новую жизнь. Дополнил свое имя фамилией Принц, не забыл упомянуть в девизе о шутах и королях.

– Между вами царила трепетная любовь.

– Очень. Мы терпеть друг друга не могли. Ни дня не проходило без грызни. Моя супруга считала меня чуточку сумасшедшим.

– Ты женился?

– Так удивляешься, словно это что-то странное. Конечно, женился, откуда ты бы еще взялся. Аист принес?

– Мог бы этого не делать.

– Да, но это никак не означало, что Многоликая не освободилась бы. Верховная привязала артефакт ко мне и только наметила связь. Богиня лжи и развлечений осталась бы артефактом только до моей смерти. Убила бы меня она или кто-то из ее помощников, да даже просто несчастный случай – и свободна. Госпожа связь усилила, но еще внесла изменения в условия. Привязала артефакт не только ко мне, но и к моей крови. А я не могу сказать, что никто не родил от меня ребенка. Представь, чтобы было, если бы артефакт, о сути которого он ничего не знал, попал к нему в руки.

Северус закрыл глаза и сжал переносицу пальцами:

– Жестоко.

– Тоже хочешь сломать мне нос? – уточнил Тобиас.

– А много желающих? – отрешенно поинтересовался зельевар.

– Достаточно, чтобы я от них не один век прятался по всем уголкам Царства мертвых.

– Хочу, но не буду. Пока. Дождусь своей очереди. – Змей вздохнул. – Ладно, я могу понять причину. Что дальше?

– Дальше? – переспросил воин-маг. – О, дальше я передавал знания своим детям, предупреждал чего нельзя делать и на всякий случай написал не одну книгу, что должны были помочь разобраться в ситуации моим потомкам.

– Что-то мало это помогло, – мрачно процедил последний лорд Принц.

– Ну, нашлись недоверчивые. Артефакт получился сильным. Выполняет одно желание, но любое. И возможная плата их не пугала.

– Забирала знания.

– По крупице. Сил у нее поначалу было немного.

– Почему? – вскинулся Северус. – А, королевство, – сам себе ответил маг.

– Да, а еще она выжгла мне источник. – Тобиас кивнул, заметив изумленный взгляд сына. – Лишила меня магии. Тогда-то мне и пригодились знаки. Не все, правда. Госпожа одарила меня шестью знаками: Перерождение, Память, Равновесие, Зрение, Сила и Дар. Три последних подействовали. Лгунья почти меня убила. Я оказался на грани, но меня быстро вытащили.

– Жалел об этом?

– Безумно. Она бы навечно осталась артефактом, а я бы веками мучился из-за ее проклятия. Достойная кара для нас. Но вернусь к тому, что Многоликая лишила меня магии. Знак «Сила» возвращал мне возможность колдовать. Не так, как остальные волшебники, а подобно магглам.

– Магглы не умеют колдовать.

– Не ты ли обвинял меня в том, что я колдую?

– Но разве ты… – Северус замолк. Покачал головой. Окинул отца взглядом. – Перерождение. Я думал, что ты подселенец.

– Нет. Перерождение, Память и Равновесие давали мне шанс переломить действие проклятия могущественной богини. Каждый раз, когда я возвращался в мир живых, это было как раздвоение личности. Одна всё помнила, а вторая отрицала существование первой и, как назло, в большинстве случаев оказывалась сильнее. А без внешнего воздействия полностью перехватить власть над телом я не мог. Как и избавиться от второй.

– Кто последний в очереди? – глухо спросил младший Снейп, осознав, что его отец тогда соврал. Уроки у своей противницы брал?

– Ты. Но тебе придется подождать.

– Значит, магглы могут колдовать…

– Теперь – нет. Да и раньше это было трудно для них. Выполнить целую кучу ритуалов. Как минимум сотню. Особые травы, камни, жидкости. Источник магии. Чаще всего это живое существо. Дракон, единорог и им подобные. Знак «Сила» упрощал мне дело в этом плане. Я не делал ничего из выше перечисленного. «Зрение» позволяло мне видеть немного больше, чем остальным, а «Дар» разрешал чувствовать опасность и избежать ее, когда есть возможность. Кстати, два последних знака Госпожа подарила и моим потомкам, но они начинали действовать только после того, как носители моей крови оказывались на грани и возвращались назад.

– У меня тоже? – спросил Северус. Тобиас кивнул. – То есть, я не видящий?

– О… – протянул воин-маг. – Трудно тебе будет.

– Утешил.

– Я бы с радостью, но думаю, тебе лучше знать, что дар видящего будет мешать знакам и наоборот. Хотя… – Мужчина потёр подбородок. – Хотя может быть иначе. Ты использовал магию?

– Да.

– Хмм… Ну, источник она тебе не выжгла, так что мой способ колдовать может тебе подойти. Вместе с твоими дневниками я упаковал несколько тетрадок. А если не подойдет, то твой дар и знаки от моей Госпожи возможно и не заменят тебе магию, но сделают жизнь намного проще.

– Если я вернусь, – хмыкнул зельевар, рассматривая туманную стену на противоположном берегу.

– Чувствуешь желание перейти через мост?

Северус пожал плечами и перевел взгляд на черное сооружение.

– Нет.

– Тогда не болтай глупостей. – Тобиас скользнул взглядом по воде. – Вернусь к тому, что Многоликая лишила меня магии. Я тогда сделался еще осторожней, старался передать своим детям убежденность в том, что артефакт, который мы охраняем, опасен. Возможно, они не верили, но к статуэтке не прикасались. Даже после моей смерти. Первой жертвой стал мой внук. И тогда одно из лиц богини изменило выражение своего лица. Она собирала души долго. Уничтожая мои записи и тех потомков, которые могли рассказать правду. Твоя душа последняя.

– Чего она ждет?

– Не знаю. Может быть кульминации. Какого-нибудь важного момента. А может просто жаждала разрушить мир благодаря твоему желанию.

– У нее бы получилось?

– Почти получилось. Многоликая смогла уничтожить все варианты будущего до того момента, когда ты впервые поранился. Мир завис над бездной и ты вместе с ним. Один твой неправильный шаг, одно решение – и всему бы пришел конец. Не знаю как, но ты умудрился сделать так, что у мира появилось будущее. И его одобрили. Красивый лес, правда? – с хитрой улыбкой спросил Тобиас, указав на деревья за их спинами.

– Да, – растерянно согласился Северус, изумленно оглянувшись. Значит, не показалось, знакомый лес. И теперь он не висел над пропастью, и не торчал на голой земле, наблюдая за быстро растущими деревьями. – А почему я раньше реки не видел?

– Она текла внизу, и уровень воды понемногу повышался с каждой минутой. А в тот день, когда ты поранился во второй раз и загадал желание, река бы смыла всё. И мира больше бы не существовало. – На удивленный взгляд сына, мужчина пожал плечами. – Остался след. Как тень. Едва видимый. Но и он уже растворился. Теперь, как видишь, это нам не грозит. Так что самой большой проблемой можно назвать освобождение богини. Непонятно только чего она ждет.

– Того самого дня? – предположил Северус.

– Может быть. Хотя превращение обратно потребует много сил. Твое желание опустошило ее, потому Многоликая не могла за тобой следовать. Демоны, – произнес Тобиас, – так вот почему она только разодрала потоки.

– Не хватило сил? Она могла меня убить!

– Могла, только ей бы пришлось ждать еще несколько десятилетий. Если не сотен лет. Пока ты жив, она намного быстрее восстанавливает свою силу. К тому же, любит богиня пафосные жесты, события и слова.

– Действительно, – хмыкнул Северус, – потомок человека, которого она терпеть не может, умирает, а она освобождается. Весьма пафосно. – Младший Снейп покачал головой. – А твое проклятие? – вспомнил зельевар. – Что с ним? Очередное перерождение?

– Нет. Оно исчезло. Спасибо, кстати, если бы не ты, мне бы еще не раз пришлось перерождаться и убивать свою возлюбленную.

– Расскажешь, что было до встречи с моей мамой?

– Ничего особенного. Я просто донимал свою вторую личность, пытаясь перехватить контроль. А он думал, что одержим демоном. Пытался найти решение своей проблемы в религии, стал фанатиком. Ничего не вышло, – ухмыльнулся первый лорд Принц. – Эйлин ему тоже понравилась, но он бы не рискнул с ней поговорить.

– И тут вмешался ты.

– Да. Я частенько вмешивался. Недолго, конечно, но успевал действовать в критические моменты. Когда родился ты, я был так счастлив. Впервые за все перерождения у нас с моей возлюбленной родился общий ребенок.

– Вторая личность не оценила твоей радости.

– Увы. – Печально произнес Тобиас.

– Мог бы нас отпустить.

– Нет. Я не настолько благороден. И не отпускаю людей даже если им опасно находиться рядом со мной. Я не могу как ты.

– Ты о чем? – насторожился Северус.

– Стив. Светловолосый парень, старше тебя. Между вами двумя не только дружеские отношения были.

– Откуда…

– Я не слепой. Да и знаки у меня не стерлись.

– Мы разошлись.

– Думаю, убийце было бы все равно.

– Что?

– То будущее, которые ты помнишь частями…

– Благодаря чьим стараниям?! – возмутился Змей.

– Я не желал, чтобы ты сошел с ума. – Отмахнулся от претензий воин-маг. – Так вот, в том будущем ты не был знаком с компанией Джереми. Магия и волшебники представляли собой центр твоей вселенной. Помнишь некоторые рейды?

– Помню. – Отозвался Северус. Матильда. Красивая и печальная молодая женщина. И ребенок. Маленький мальчик. Ее сын. Джереми. Так похож на отца. Как же он его ненавидел  тогда.

– Они учились в университете. Хорошие друзья. Джереми и Стив. Твой светловолосый партнер безумно любил своего друга.

– Я знаю, – мрачно буркнул Снейп.

– И однажды на каникулах Джереми узнал секрет Стива. – Северус покачал головой. Найт воспринимал гомосексуализм, как болезнь. Что-то настолько мерзкое, что можно очистить только огнем. – Именно, ему не очень понравилась такая новость. На самом деле, она вывела его из себя. Парень притащил друга к себе домой и весьма жестокого высказался по поводу предпочтений Стива. Но слов Джереми показалось мало, он еще и несколько раз ударил светловолосого, после чего ушел из дома. Проветриться. Перед этим посоветовав  блондину исчезнуть. Желательно навсегда. Когда он вернулся под утро, то нашел в доме только три трупа. Своих родителей и лучшего друга.

– Так этот псих и тогда убивал?

– Не думал же ты, что он возник из ниоткуда. Этот недооборотень эксперимент. Первый удачный. Не самый совершенный представитель кровавой армии Гриндевальда.

– Кровавая армия, – процедил Северус. – Какой придурок решился на подобное?

– Ты его видел.

– А просто сказать имя ты не можешь?

– Увы, – развел руками воин-маг. – Могу дать только подсказку. Этот человек был твоей первой жертвой в больше несуществующем будущем.

– Я прекрасно помню свою первую жертву – и это точно не она, – раздраженно проворчал Снейп.

– Разве? Ты точно уверен, что помнить, кого убил первым?

Северус открыл рот, чтобы огрызнуться, мол, он всё прекрасно помнит, однако стиснул губы в тонкую полоску. Первая жертва? Когда и где это случилось?

– И что это за подсказка, если я не могу ее использовать?

– Не у меня спрашивай.

– Ладно. Почему он напал на меня?

– Его безумие хранило в себе много секретов. Он видел свою собственную смерть. И ты был тем, кто убил его.

– Не было такого!

Тобиас улыбнулся краем рта, поднялся на ноги, подождал, пока сын встанет тоже, и шагнул к реке, коснулся кончиками пальцев воды, и что-то темное поднялось из глубины, расползлось по поверхности тонкой пленкой. На миг жидкость вернула себе прозрачность, а затем – Северус увидел себя. Не отражение. Себя – Пожирателя Смерти. Вот он торопливо покидает здание, сворачивает в какой-то переулок, видит убийцу отца и его жертву. Недооборотень тоже замечает свидетеля кровавой расправы и бросается на мага. Вспышки заклинаний, но на маньяка магия почти не действует и тогда Снейп достает серебряный кинжал. Драка. Только в этот раз к земли прижимают безумца и без малейшего сожаления перерезают горло. Только в конце, когда видение тает, зельевар вспоминает это событие.

– Черт! Черт-черт-черт! – бормочет Змей. Так этот псих только из-за него всю эту резню устроил?

– Нет. – Северус недобрым взглядом окинул Тобиаса. – Нет, ты был только бонусом. На сладкое, так сказать. Не встреть он тебя, кто-то другой бы стал его цель. Тот же Джереми. Или Стив. И я сомневаюсь, что они бы выжил.

– Слабое утешение…

– Тебе пора.

– Что?

Сделалось прохладно. Морозом дыхнуло в затылок – и Снейп передернул плечами. Воин-маг поклонился кому-то, стоящему за спиной зельевара. Северус обернулся.

Фигура, укатанная в черный плащ с низко нависающим капюшоном, приблизилась к нему. Протянула руки, обтянутые перчатками, обхватила лицо мага, мягко, но настойчиво склонила. Капюшон приблизился вплотную.

Что-то холодное коснулось лба. А затем он ощутил, что падает. Но прежде, чем сознания поглотила тьма, он услышал слова отца:

– Забыл сказать, Северус, здесь время течет иначе.

Если вы найдете ошибку выделите ее и нажмите Shift + Enter или Кликните сюда чтобы отправить нам уведомление.

Добавить комментарий