Из осколков

Авторка: Silver Raven

Фэндом: Naruto | Наруто

Персонажи или пейринг: Хизаши Хьюга/Обито Учиха, Нагато и остальные

Рейтинг: NC-17

Жанры: слэш, джен, гет, романтика, мифические существа, фэнтези, POV, AU

Предупреждения: OOC, нецензурная лексика

Дисклеймер: герои аниме/манги мне не принадлежат

Статус: в процессе

Публикация на других ресурсах: стучите, я не кусаюсь. Ну, может немного XD

Описание: Обито очнулся в больнице – и ничего не помнит. Воспоминания начнут возвращаться после встречи с наставником, Рин и Какаши, но они подобны осколкам. Он будет собирать их по частям и заметит, что узнает людей, которых раньше никогда не видел.

Внимание: Данный текст может содержать нецензурную лексику, сцены насилия, намеки и/или описания однополых связей, а также других недетских отношений. Вы предупреждены и понимаете, что делаете, читая его.


Глава 2

Я стоял посреди комнаты и растеряно смотрел в сторону Кушины Узумаки. Молодая женщина приветливо улыбалась. Наставник исчез где-то в глубине дома, а мне предстояло разговаривать с хозяйкой дома.

Как же неловко.

– Простите, госпожа Кушина, что вот так внезапно нагрянул… – и замолчал. Я же не на один день или неделю буду у них жить, а пока не найду себе квартиру, в лучшем случае.

– Просто Кушина, – засмеялась рыжеволосая. Смотря на ее огненные косы, вспоминаю Нагато. Родичи, что ли? – Идем, я покажу тебе комнату.

Она повела меня на второй этаж по пути объясняя что и где. Раздражения в голосе куноичи не ощущалось. Пока. Или уже. Не хотелось бы доставлять неудобства.

Узумаки показала мне комнату и ушла готовить обед.

Наверное, лучше было бы напроситься к Какаши, но после случая в больнице это стало невозможным. Уже через час в палате был Минато Намикадзе и ребята из команды. Через два меня выписали. Ночь я провел в клане, не спал, потому что старшие утроили разборки. Требовали крови Хатаке или вернуть глаз. Не согласился ни на первое, ни на второе. Неожиданно появился третий вариант – и, хоть мне и не запретили называться Учихой, к клану я больше не принадлежал. Да, меня изгнали. Новость распространилась быстро. Минато, Какаши и Рин уже ждали на выходе из квартала Учих, когда я, собрав все свои вещи, неторопливо покидал территорию клана. Временное пристанище искали недолго. Говоря откровенно, наставник поставил меня перед фактом и отвел к себе домой.

Реакции супруги Намикадзе я немного побаивался. Госпожа Узумаки очень сильна и обладает взрывным характером, так что про себя уже прощался с жизнью. Обошлось. Пока. Наверное.

Аккуратно разложив вещи (в доме царил идеальный порядок), осматриваю внимательно спальню. Пастельные цвета, никаких милых вещичек, книг или еще чего-нибудь. Комнату недавно проветривали, значит, ею не пользовались. Гостевая. Смотрю на более светлую, по сравнению с входной, дверь. Ванная? Да, она. Душ, умывальник, унитаз, за зеркалом шкафчик. Полки пустые. В комнате чисто. Окно приоткрыто, но под ним активированы печати. Я аж присвистнул от неожиданности. И восхищения. Их ставил мастер своего дела. Пришлось подавить желание облазить весь дом, проверить все выходы и входы на наличие печатей. Надо будет спросить разрешения… и попросить Кушину Узумаки обучить меня.

Наставник упоминал, что его жена родом из Деревни Водоворота. Всего-то несколько слов сказал и те касались того, чтобы мы ее не злили. Думаю, если бы случайно не пересеклись с парочкой, то никогда бы и не узнали, что у Минато есть супруга. К тому же, она не взяла фамилию мужа, так и осталась Узумаки. Многие точно бы возмутились такому, но о женитьбе Намикадзе мало кто знает. Врагов у него достаточно, а жена не просто куноичи, а джинчуурики. Это слишком большой риск. К тому же, представитель клана Узумаки и без этого лакомый кусочек. Они славятся долгожительством, здоровьем и знаниями печатей. В последнем я смог убедиться лично. Если повезет, то еще и научусь.

Однако есть небольшой вопрос. Не помню откуда мне известно о клане Узумаки. Наставник точно не говорил, а остальные… сомневаюсь, что кто-то помнит. Из тех, кто мог сказать мне. Старшие поколения не очень любят делиться информацией с такими, как я. Говоря откровенно, в клане Учиха меня считали неудачником. А они много внимания не заслуживают. Поэтому очень интересно, где же я мог услышать подобные сведенья.

Эх, ничего в голову не приходит. Ну да ладно. Скоро память восстановится, тогда и разберусь.

Я спустился вниз и сразу пошел на кухню.

– Госпожа Кушина, нужна помощь?

– Обито, – улыбнулась женщина, оторвавшись от готовки. – Просто Кушина, тебайо.

Почему-то захотелось смеяться.

– Ох, простите…

– Обито!

– Прости, Кушина. Так помощь нужна?

– Да, – кивнула она. – Иди сюда.

Обед мы приготовили быстро, разговаривая обо всем на свете. Молодая женщина согласилась меня обучать. Она призналась мне, что от скуки уже выть готова. Ее ведь не выпускали из Конохи во время боевых действий, а после того, как Узумаки стала женой Минато, Кушина теперь не могла так просто гулять с друзьями и болтать о чем угодно.

– Я изучила все книги находящиеся в доме, тебайо! – расставляя тарелки, произнесла рыжая. – Одной тренироваться скучно, а ребята из АНБУ ко мне почему-то боятся подходить.

Еще бы! О тяжелой руке и немаленькой силе все знают. И это без учета Девятихвостого.

– Может со мной тренироваться будете? – спрашиваю. Печати печатями, а я так еще и не набрался храбрости попросить друзей проверить мои силы. Кушина надо мной смеяться не будет, если что.

– Конечно. – Обрадовалось куноичи. – Минато! Обед готов!

– Уже иду, – глухо отозвался наставник. – О, ты уже здесь, Обито.

– Он мне помогал, тебайо, – гордо сказала Кушина, подмигнув. – И весьма неплохо для мальчика.

Неловко краснею под удивленным взглядом блондина. Ну, большей частью еду я готовил себя сам. И это было невкусно, но вполне съедобно. Ладно, это было терпимо. Иногда. А тут, встретившись с мастером готовки, нельзя упустить такой шанс. Я не собираюсь прописаться здесь навечно. Так что буду учиться всему, пока есть возможность. И готовке тоже.

– Приятного аппетита! – весело говорит куноичи.

И мы с наставником отвечаем ей таким же пожеланием, занимая свои места.

Во время их разговора за столом, я сдерживал себя от вздохов. Нет, нет, ничего плохого. Просто, наблюдая за ними, захотелось такой же любви. Чтоб только от одного взгляда чувствовать тепло и поддержку. Чтоб понимали с полуслова. Чтоб безумно хотелось целоваться и даже присутствие гостя не останавливало. Я поспешно доел, поблагодарил и поторопился покинуть комнату.

Лицо пылает. Касаюсь горячих щек и фыркаю. Можно пирожки печь. Стараюсь успокоиться, но вспоминаю их взгляды друг на друга, улыбаюсь и снова краснею. Боги, пусть они будут такими счастливыми как можно дольше.

Почему-то от мыслей о будущем сердце защемило от боли.

Да ну, глупость какая, ничего плохо не произойдет. Мы справимся.

Левый глаз защипало и я приподнимаю повязку, напоминающую пиратскую, чтобы стереть влагу. Не хочу рисковать, да и странно будет, если не буду ее таскать. А печать… Ну, это хорошо, что она есть, а то о риннегане уже знали бы. Да вот только откуда он взялся?

У Нагато оба глаза целые. Есть кто-то еще. Должен быть. Мой риннеган не мог появиться из воздуха.

***

Хизаши замер, следя за Учихой. Этот мальчишка, Обито, нередко возникал в его мыслях. И, как бы печально это не звучало, думать о нем было намного проще, чем обо всем остальном. Клан, глава, семья – все мучило ниндзя. А странный Учиха не упрекал его ни в чем, не обвинял, не ненавидел, не смотрел с жалостью, и насмешки в глазах ребенка тоже не было. Чудной мальчишка. Ну кто может быть таким веселим, когда изгнан из клана? Хьюга раньше бы с уверенности сказал, что подобное невозможно. А нет, Обито выглядел довольным. Рядом с юным шиноби стояла рыжая женщина. Хизаши задумчиво рассматривал ее. Узумаки Кушина – уроженка погибшей страны. Почему они вместе?

– О, это же Обито, – улыбнулась госпожа Саери, заинтересовавшись, отчего замер деверь.

– Учиха? – удивленно пробормотал Нанао, они вместе с близнецом Хиаши сопровождали женщину на прогулке.

– Обито! – позвала Саери и махнула резко обернувшемуся мальчику рукой. Тот широко улыбнулся и, сказав что-то своей сопровождающей, направился к Хьюга.

– Добрый день, – поклонился им чунин. – Рад видеть Вас, госпожа Саери. Господин Хизаши, благодарю за помощь. – Смущенно улыбнулся мужчине Обито.

Наверное, если бы парнишка не улыбнулся ему так, Хизаши Хьюга отмахнулся бы от благодарности. Вместо того чтобы буркнуть «не за что», шиноби ровно проговорил:

– Рад, что успел.

– Мне идти надо, – с легким сожалением произнес Обито, – Кушина ждет. До свидания.

– Увидимся, – помахала ему вслед Саери. – Какой милый мальчик.

– Милый? – удивился Нанао. – Да его из клана вышвырнули, как шавку…

Парень заткнулся, Хизаши смотрел на него. На лице старшего представителя клана Хьюга ничего не было. Ни злости, ни раздражения, но Нанао понял, что еще одно слово и ему не жить.

– Милый и храбрый, – посмотрела на своих сопровождающих женщина. – На такое не многие решались бы. Глупые оскорбления тебе не красят, Нанао.

– Прошу прощения, – пролепетал парень, побледнев. Он не хотел огорчать госпожу.

Хизаши мрачным взглядом смерил сопровождающего невестки. Этому идиоту нужно срочно найти другое дело, чтобы больше с женой Хиаши не виделся. И девушку, чтобы думать так о госпоже не смел.

Как только они вернулись на территорию клана Хьюга, брат главы отправил Нанао по делам, сам проводил невестку к ее комнатам и, убедившись, что покидать она их не собирается, пошел искать близнеца. Разговор был коротким. Хизаши обставил дело так, будто парнишка не умеет сдерживать язык и сильно огорчил Саери, не дав и полунамека на то, что молодой шиноби влюблен в супругу брата. Хиаши, которого Нанао начал раздражать, ухватился за эту возможность, чтобы сменить охранника. Но пока он подберет нового, младшему близнецу придется присматривать за женщиной. Тот неохотно согласился.

В доме, выделенном побочной ветке главной семьи, его ждала супруга – Минори. Уже только от воспоминаний об ее криках у Хизаши заболела голова. Да, он понимал, что не должен волновать жену. Она беременна – их ребенок должен появиться этим летом. Но мужчина не мог находиться рядом с ней. Женщина его ненавидела. Минори очень хотела стать женой главы клана Хьюга, а не жалкой копии с печатью на лбу. Она слишком поздно поняла, как ошиблась, но отыграть назад ничего нельзя. И покинуть клан, пока не родит ребенка, женщина не могла. Недолго их браку осталось. Как только новорожденный увидит свет, Минори получит свободу. Хизаши даже не думает ее удерживать. Незачем.

***

Мы с Кушиной направлялись к дальнему тренировочному полю, что популярностью не пользовалось и потому свидетелей моего позора не будет, джинчуурики не в счет. Меня потряхивало только от мыслей. А вдруг не выйдет? А если с чакрой проблемы? А если… и так до бесконечности. Узумаки как только узнала о моих мыслях обозвала дураком и потащила тренироваться.

Руки дрожали, когда мы добрались до нашей цели. Я стиснул кулаки и постарался выровнять дыхание. Но нет, мой страх не желал уходить, цепляясь острыми когтями за плечи, червячком сомнения обосновавшись в груди: не получится, не смогу.

– Прекрати нервничать, тебайо! – громко произнесла Кушина и грозно посмотрела на меня.

Улыбаюсь. До чего забавно выглядит! Она вроде бы хмурится, но губы женщины расползаются в улыбке – и это выдает ее с головой. Узумаки смешно! А я вместо злости ощущаю веселье.

– Давай, попробуй что-нибудь сделать. – Предлагает джинчуурики.

– Что? – задаю вопрос, про себя перебирая техники. Какую первой испробовать? И не простую, и не сложную, чтобы результат был нормальный. Дабы сразу понять все.

– Знаю, тебайо! – радостно говорит рыжеволосая. – Клонов делать умеешь?

– Да.

– Теневых? – уточняет, хитро прищурившись. Качаю головой. Это же техника джоунинского уровня! Я о ней только мечтать могу. У меня с клонами вечно проблемы. Нет, создать-то выходит, да только быстро они исчезают. И это без внешнего воздействия. – Смотри внимательно, Обито, — подмигнув, говорит Кушина и складывает печати, громко произнося название техники.

Они возникают рядом с ней. Больше двух десятков! Даже наш наставник только пятерых может призвать. Это без ущерба для себя. Просто потрясающе.

– Ну-ка, повтори! – весело приказывает Узумаки.

Глубоко вдыхаю, а затем выдыхаю. Сосредотачиваюсь, складываю печати, говорю название – и… мать моя женщина! Вышло! Вышло! Да только… как же их много. Аж в глазах рябить начало. Ни одного просвета. Я ошарашено пялюсь на своих клонов. Кушина изумленно хлопает глазами, а потом как закричит:

– Развей! Развей их немедленно!

Что я и делаю.

– Ты как? – встревожено спрашивает она, быстро подскочив ко мне.

– Нормально, – растеряно отвечаю.

Смотрим друг на друга.

– Обито, тебайо, ты мне ничего не хочешь рассказать? – вкрадчиво спрашивает молодая женщина.

Меня уже потянуло отрицательно покачать головой, но я замираю.

– Хочу, – едва слышно выдыхаю, но джинчуурики стоит близко и слышит.

– Тогда идем, а потом уже будем тренироваться.

Медленно бредем домой. Благо за нами АНБУ не увязались, они, с разрешения Третьего Хокаге, теперь позволяли Кушине Узумаки гулять без сопровождения. К тому же, ребята просто немного, как я думаю, побаивались находиться рядом с ней, когда молодая женщина тренируется.

Как только мы оказываемся в доме, куноичи быстро проверяет есть ли в нем кто-то еще, после активирует печати и подходит ко мне. Ее руки двигаются быстро. Не успеваю понять, какую технику она использует. Рыжеволосая качает головой, внимательно рассматривая меня.

– Ты не джинчуурики.

– Что? – изумленно моргаю.

– Такое количество теневых клонов и ни капли усталости. – Кушина хмурится, снова складывая печати. – Ничего не понимаю, тебайо! – громко возмущается она. Я только недоуменно таращусь на нее. – Ты что-то хотел сказать. – Вспоминает Узумаки.

Начинаю говорить. Сначала путаюсь в словах, но потом четко излагаю что помню до обвала и что произошло в больнице.

– Покажи.

Послушно снимаю повязку и позволяю ей рассмотреть левый глаз. Жена наставника долго изучала чистую кожу (я, когда в зеркало смотрел, был так удивлен, когда не увидел никаких знаков на лице). Кушина, щурясь, начала складывать печати. Сначала одна техника, затем вторая, третья… их точно больше десятка было, когда что-то получилось. Молодая женщина подалась вперед, жадно всматриваясь в мое лицо.

– Вижу, – выдохнула она. – Интересно… Ох, а это плохо, тебайо!

Даже моргнуть не успел, когда ее ладонь легла поверх моего глаза. А потом стало больно. Очень больно. В глаз вонзились сотни иголок. Раскаленных до бела.

– Все-все, тихо. Не надо кричать, – шепотом попросила джинчуурики.

Я – кричал? Даже не осознавал этого.

– Это же… – растерянно тянет куноичи, заглянув мне в глаза.

– Риннеган, – хрипло подтверждаю и кашляю: горло болит.

– Обито, куда ты вляпался? – обеспокоено спрашивает Кушина.

– Если бы я знал.

Женщина вздыхает.

***

Когда пришел наставник, мы готовили ужин.

– У меня хорошая новость! – заявил он с порога.

– И что случилось? – заинтересовалась Кушина.

– Третий предложил меня на место Хокаге!

– Правда?! – восторг куноичи виден невооруженным взглядом.

А у меня все внутренности вдруг скрутило. Сердце словно холодными ладонями обхватили и сжали. Даже дышать получалось с трудом. Да что ж такое? Справившись собой, улыбаюсь. Это хорошая новость. И как-то не хочется говорить о нашей, точнее моей маленькой проблеме. Хотя какая она маленькая. У меня все техники наперекосяк. Если не убью, то покалечу. В первую очередь себя и только потом всех остальных. Вместо того, чтобы зачерпнуть немного силы и сделать все как следует, обрушиваю целую лавину. И с этим что-то надо делать.

Мой запас чакры  стал невероятно огромным. И, говоря откровенно, раньше у меня не было и одной сотой! Я до пробуждения в больнице был среднячком. Не слаб, но и не особо силен. Особенностью можно было считать шаринган. А теперь у меня еще риннеган и немереное количество чакры. Откуда?

Кушина уже проверила меня – я не джинчуурики. Однако это не значит, что во мне не заложена бомба замедленного действия. Врагов у Конохи много и среди них много талантливых ниндзя. Но мы не смогли ничего понять и сейчас должны рассказать о произошедшем Минато. Да, должны…

Кушина ловит мой взгляд, когда наставник на минутку отвернулся, и качает головой. Киваю. Я тоже не против отложить разговор о моей ситуации.

– Но еще на место Хокаге претендует Орочимару.

Вопрос о том, кто это, мне удалось сдержать, однако наставнику хватило одного взгляда на мое задумчивое лицо.

– Один из трех саннинов, – пояснил Намикадзе. – Завтра нужно к нему сходить, Третий хочет, чтобы я лично ему передал сообщение, когда будут выбирать Хокаге.

– А мне можно пойти? – тут же спрашиваю.

– К Орочимару? – киваю на вопрос. – Конечно. Правда, сомневаюсь, что тебе будет интересно.

А я вот уверен в обратном. Если меня только его имя зацепило, хотя и тени воспоминаний о нем нет, то можно надеяться, что там как минимум будет интересно.

***

Дом саннина находился не в очень популярном районе. Мы с наставником степенным шагом приближались к нашей цели, когда один из АНБУ приземлился рядом и Минато тут же обратил на него внимание. Я с интересом следил, как Намикадзе подошел к человеку и они что-то увлеченно обсуждали. Парень в маске спрыгнул с крыши дома именно с той стороны, откуда ближе к башне Хокаге. Третий видно послал.

– Обито! – позвал меня блондин.

– Да? – откликнулся, скользнув взглядом по АНБУ.

– Тебе придется поговорить с Орочимару от моего лица. Справишься?

– Легко.

Тут недалеко идти, потому я подождал, когда наставник вместе с сопровождающим покинут меня, и только после этого пошел к самому дальнему дому. На улочке было тихо, изредка проходили люди, на одиноко бредущего подростка они внимания почти не обращали.

Дом знаменитого змеиного саннина внимания не привлекал. Совершенно обычный, ничего выдающегося. Одноэтажный, серый и абсолютно неинтересный.

Поднявшись на крыльцо, стучу в дверь и жду хозяина.

О, не зря меня имя зацепило. Дверь распахнул бледный брюнет. Змеиные глаза с фиолетовой подводкой смотрели завораживающе. Не краска. Он в режиме отшельника?!

– Что нужно? – грубо спросил Орочимару.

– Я от Намикадзе.

Мужчина смерил меня раздраженным взглядом и отошел вбок, жестом предлагая войти. Опасливо кошусь на него, но захожу.

А внутри получше. Шторы на видимых мне окнах распахнуты, территория вокруг таким образом хорошо просматривается. Мебель расставлена так, чтобы за ней можно было спрятаться от куная или другого холодного оружия. Особенно важных вещей не видно.

Что-то происходит. Орочимару отвлекается от меня и уходит куда-то вглубь дома. Несколько секунд думаю, а не пойти ли за ним, но взгляд цепляется за фотографию. И словно магнитом притянуло. Бережно подхватываю ее.

Наставник и трое подростков. Третьего и Орочимару узнаю сразу, к остальным присматриваюсь. Они мне смутно знакомы. Беловолосый парень с красными полосками на лице – Джирайя, а девушка – Цунаде.

Хозяин дома возвращается и, когда я поворачиваюсь к нему, меня словно морской волной накрыло.

– Расскажи им.

Если вы найдете ошибку выделите ее и нажмите Shift + Enter или Кликните сюда чтобы отправить нам уведомление.

Добавить комментарий