Познать себя

Авторка: Silver Raven

Соавтор: LordDemon (когда у человека было настроение)

Фэндом: Роулинг Джоан «Гарри Поттер»

Персонажи: Гарри Поттер, Том Риддл, Северус Снейп и другие

Рейтинг: NC-17

Жанры: гет, слэш (яой), романтика, ангст, AU

Предупреждения: OOC, нецензурная лексика, Underage

Дисклеймер: герои книги мне не принадлежат

Статус: закончен

Публикация на других ресурсах: стучите, там разберемся

Описание: Гарри Поттер… С самого рождения его окружают тайны, о которых мало кто знает и не подозревает сам Гарри. Хотя он не совсем Гарри и совсем не Поттер. Умный Гарри, Дамбигад и прочее.

Внимание: Данный текст может содержать нецензурную лексику, сцены насилия, намеки и/или описания однополых связей, а также других недетских отношений. Вы предупреждены и понимаете, что делаете, читая его.


Глава 22

Когда он распахнул глаза, мир не расплывался, не пытался ускользнуть от него, а небытие не тянулось к нему, не желало вернуть его назад. Тело ныло и чесалось, но Мартин жив, и это замечательно. Маг шевельнулся, боль током скользнула по нервам, дыхание перехватило, а вместо стона на свободу вырвался непонятный хрип.

Женщина появилась внезапно. Эванс дернулся, подошедшая ведьма ему неизвестна, однако боль явно намекала быть парню более осторожным, поэтому он замер, ожидая ее действий.

Седовласая дама вытянула палочку и провела над ним, бормоча себе под нос заклинания. Блондин немного расслабился. В данную секунду пытать его не будут.

– У Вас хорошие показатели, молодой человек, – заговорила лекарка. – Скоро придете в норму и сможете покинуть больничную палату.

Мартин моргнул и открыл рот, чтобы заговорить, но женщина покачала головой.

– Потерпите немного, я еще не закончила.

Парень только едва заметно кивнул, показывая, что понял ее  слова.

Ведьма двигалась четко, быстро и выверено. Эванс сразу понял, что с такой в бою лучше не встречаться. Даже если ему повезет, и он превосходит ее в силе, то в опыте и скорости она его обыграет. Ни одного лишнего движения. Ни единой задержки, врачевательница действовала так, словно следовала грамотно составленному списку.

Магия скользила по его телу, и Мартин отметил, что боль угасает. Скоро он ощутит жар, состояние нормализуется, и парень сможет встать. Конечно, боевые маги не были профессиональными целителями. Но многие предпочитали знать лекарские заклинания, не потому, что не доверяли. Нет, причина была в другом. Часто до врачей маги просто не успевали добраться, именно для этого, когда важна каждая секунда, они и учили их.

Эванс знал немало. Он частенько попадал в передряги. Желающих подраться с ним в школе было немало, оттого парню пришлось учить много. Блондин опережал одногодок, из-за этого его сначала перевели к ребятам постарше, а потом начали учить вне школьной программы. Однако забыли об одной вещи, Мартина не учили сражаться с группой. С одиночками волшебник всегда справлялся лучше. К тому же, он всегда преувеличивал своим способности и недооценивал противника.

Сын Петунии и Рабастана так задумался, что не заметил, как магичка закончила колдовать и отошла на пару минут. Отправила послание родным парня и взяла стакан воды. Вернувшись, ведьма помогла Эвансу выпить прохладную жидкость, после она сообщила блондинистому боевому магу, что его родители и брат скоро придут.

Мартин, проследив за тем, как седовласая дама скрылась за ширмами, ограждающими его кровать от остального помещения, оценил свое состояние. Хорошая целительница, несколько часов полежать – и он в норме.

Художник не заметил, когда появилась Петуния. Женщина будто соткалась прямо из воздуха возле его кровати. Леди опустилась на стул, стоящий рядом, и сжала в своих пальцах ладонь сына, не проронив ни слова. Парень занервничал. Где буря? Гром, молния и град? Ничего, мать продолжала сжимать его руку и молчать.

Рабастан появился вторым. Вынырнул из-за ширмы и в два шага оказался рядом. Мужчина кивнул ему, положил ладонь на плечо супруги и задеревенел, когда рядом с ним прошел Ноэль.

Мартин пару раз моргнул. Посмотрел на спокойную мать, потом на оцепеневшего отца и только после этого перевел взгляд на брата.

Что-то изменилось. Это был Ноэль. Та же внешность, те же движения, но ощущения другие. Словно вокруг младшего парня воздух сгущался и делался холоднее. И он наводил дикий ужас на окружающих. В данном случае на Рабастана Лестрейнджа.

– Выспался, брат? – ласково спросил глава рода и Мартин понял, что ему конец. Сейчас всё по полочкам будут раскладывать.

– Да.

– Как самочувствие?

– Уже лучше.

– Замечательно, – кивнул Байрон. Весомо так кивнул и посмотрел на Петунию.

И вот тут Мартин вздрогнул. Взгляд матери четко говорил: по кусочкам разберу.

***

Беллатриса чувствовала себя утомленной. Проснулась она пару минут назад, но не торопилась привлекать внимание врачини, которая разговаривала с кем-то. Для начала она хотела хоть немного привести мысли в порядок и понять, что случилось. Однако память подсовывала вместо нужных картинок сцены далеко прошлого. Женщина отмахивалась от них и пыталась выковырять, что успела натворить. Память своих тайн не желала открывать, леди Лестрейндж вздохнула и прислушалась к голосу ведьмы. Смутно знакомый. В голове крутилось нечеткое лицо, но как только капитанша Пожирателей сосредотачивалась на нем, оно таяло. Недовольно цыкнув, волшебница расслабилась и прикрыла глаза, позволяя мыслям свободно течь.

Что-то было не так. Темноволосая ведьма нахмурилась. Обычно ее мысли, словно туманом подернутые. Но сейчас они были четкими и ясными.

Беллатриса распахнула глаза.

Она всегда чувствовала присутствие Северуса. Он походил на тень, всегда готовый прийти на помощь и перехватить контроль, когда туман делался гуще. Однако в эту секунду женщина не чувствовала присутствия чужого разума.

Паника поднялась изнутри, леди Лестрейндж дернулась, потревожив чары, опутавшие ее постель, и едва слышно застонала.

Поппи сразу же среагировала, прекратила разговор и быстро скользнула за ширмы, ограждающие пациентку от остальной комнаты. Лорд, с которым и говорила лекарка, постоял пару секунд и решил заглянуть к подруге.

– Мадам Помфри? – хрипло каркнула Белла, изумленно вытаращившись на женщину, работавшую в Хогвартсе медсестрой.

– Доброе утро, – ответила та, ведя палочкой над пациенткой. – Все хорошо, к вечеру сможешь покинуть палату.

– А… да, прекрасно… – растерянно пробормотала магичка, несколько ошарашенная личностью лечившей ее. – Где Северус?

– Живой он, – заговорил Том, привлекая внимание подруги. – С ним всё в порядке, насколько это возможно в данной ситуации.

– Что случилось?

– Ты немного разозлилась. – Скептичный взгляд. Риддл улыбнулся. – Ладно, ладно, вру, ты встретилась с ведьмой, что пробудила твое проклятие.

– Кошка, – зло процедила леди Лестрейндж, когда в памяти ярко вспыхнуло воспоминание о школьных годах.

– Да, она использовала заклинание, и ты вышла из себя. Месть тебя не удовлетворила, – качнул головой Волдеморт, – магов там было много. Орден Феникса, авроры и мы. И ты захотела всех нас сжечь. Северус перехватил контроль над твоей стихией, а что дальше происходило мне неизвестно, я накрыл всех Пожирателей, кроме вас двоих, щитом. После его снятия, все, кроме тебя и Снейпа, были мертвы.

Беллатриса помрачнела, она смутно припоминала происходящее: боль и тьма. Могильный холод по коже.

– Что он сделал?

– Думаю, Северус использовал свою стихию, чтобы перекинуть твое проклятие на других.

Капитанша недоверчиво посмотрела на Лорда.

– Да, – кивнул  мужчина, – его больше нет. Проклятие снято, поэтому ты больше не чувствуешь своего напарника.

Что-то упало на пол. Том и Белла посмотрели на Поппи, но та только покачала головой и махнула рукой на ширму. Спустя минуту из-за нее показался Люциус Малфой, тащивший за собой ошарашенного Рудольфуса. Лестрейндж, которому мгновение назад сунули в руки книгу, которую он уронил, услышав радостные вести, ступал так, словно его за ниточки дергал неумелый кукловод.

Помфри, оценив ситуацию, веско сказала, что у них есть только десять минут, нечего утомлять пациентку. После чего неторопливо удалилась.

– Я навещу тебя позже, Белла, у нас с Люциусом дела, – и, незаметно двинув локтем под ребра Рудольфусу, чтобы тот отмер, схватил Малфоя за плечо, потащив за собой к выходу.

***

Глаза болели. Казалось, что под веки насыпали песка. Тонну или даже две. Буквы расползались, перескакивали с места на место, изменяли значения слов и Волдеморт не выдержал. Отложил бумаги и откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза, давая им отдых.

Много материалов. Ах, будь хоть половина бесполезной или неинтересной, он бы сжег макулатуру лично, но Дамблдор был сильным магом и знания ценил, какими бы странными они бы не показались на первый взгляд.

Хитрый мерзавец…

Том испытывал сожаление, что не прикончил Альбуса сам. Великий светлый маг, дементор его сожри!

Тяжелые трактаты, верхушка магического мира все бы отдала за один из них. Родословные, короткие история, особенности семейной магии, достижения и провалы. Даже Эвансов нашел. Правда, в книгах информации было мало, да и та больше похожая на досужие сплетни. А еще записи. Известных авторов, магов, чьи имена потеряны в веках, но немало и тех, что Альбус Дамблдор написал сам. Вот их Риддл и читал до рези в глазах.

Надо сказать, узнал много нового. И о себе, и о своих людях, и о магах, которых видел мельком. Характеристика, умения, семья, друзья, связи. Конечно, не все правда, Том внимательно читал информацию, что касалась его. Да, Дамблдор постарался. Некоторые позорные эпизоды Волдеморт помнит весьма смутно, а некоторые никогда не происходили. Последние были придуманы и рассказаны, чтобы понять каким способом директор узнает об их делах. Поняли, хотя сначала думали о стукаче.

Темный Лорд недовольно фыркнул и открыл глаза. Альбус тогда имел немалую власть в школе и много крови им попортил. Однако они в долгу не остались, разобравшись, как директор и преподаватели узнают информацию, начали действовать намного осторожней и хитрей.

Окинув взглядом бумаги, Том вздохнул: даже половины не пересмотрел. И сегодня продолжать не будет. Хватит, надо отдохнуть.

На кабинете Риддла в последнее время высели заглушающие чары, и он часто забывал их снять, потому и поразился, когда вышел в коридор.

– Что за идиотская привычка громить мой дом? – недовольно цыкнул мужчина, достав палочку и бросив заклинание в феникса, а после досталось и его змее. – Нагини, я понимаю, птичка на вид аппетитная, но ею и отравиться можно.

– Переварю, – прошипела чешуйчатая, примерзшая к полу благодаря заклинанию.

Маг потер лоб, покосился на феникса, прилипшего к стене, после на змею, внимательно следящую за жертвой, и тяжело вздохнул.

– Это, между прочим, подарок, а ты его сожрать хочешь.

– Змеенышу мог и что-то лучше подобрать.

– Я не дарил феникса Ноэлю, он теперь принадлежит Долохову.

Змея прекратила гипнотизировать пернатое создание. Риддл прямо-таки услышал, как задвигались в ее голове шестеренки.

– Ухаживаешь? Похвальное решение, давно пора.

– Я не хочу обсуждать это, – недовольно проворчал Том, приблизившись к фениксу. Снял заклинание и, пока тот не успел удрать, схватил его. – Надо вернуть беглеца хозяину.

– Цветы не забудь.

– Он не девушка.

– Тебе цветочка жалко?

– Нагини…

– Ладно, ладно, заклинание сними, я поползу в комнату. Можешь не возвращаться. – Фыркнула змея, как только чары исчезли.

– Нагини!

Но той уже и след простыл. Волдеморт покачал головой и направился к Долохову. Давно пора во всем разобраться.

Антонин был в своей комнате. Явно не ожидал, что его кто-то навестит, в таком виде гостей не встречают. Расстегнутая рубашка, брюки в обтяжку, волосы влажные и капли воды стекают на шею, плечи, скользят по торсу. Специально, что ли? Этот вопрос Лорд и озвучил.

– О чем Вы, мой господин? – а глаза смеются.

– Ясно, – хмыкнул Том. – Можешь еще полетать, – выпустил мужчина феникса и тот, по-птичьему возмутившись, замахал крыльями, желая оказаться как можно дальше. – Ну? – посмотрел на своего визави Риддл.

– Что «ну»? – Пожиратель скрестил руки на груди, опершись плечом о дверной косяк.

– Прекращай, – произнес Волдеморт.

Долохов хмыкнул – и молча покачал головой.

– То есть, не прекратишь? – Пожиратель только пожал плечами. – Прекрасно.

Стихия, естественно, добавляла сил, давала много чего полезного, но у всего есть обратная сторона. О ней обычно умалчивают. О ней, часто, даже не подозревают, ослепленные открывшимися возможностями. С тьмой нельзя играть. Никогда. Риддл это прекрасно знает. Короткие, ничего незначащие отношения для темного мага почти невозможны. Если он, конечно, не хочет оставить по себе дорожку из трупов.

Играть с темным опасно для жизни.

Если Долохов сейчас это не поймет, то потом пути назад уже не будет…

Лорд ухмыльнулся. Антонин непонимающе смотрел на искривленные губы, пытаясь понять, что стало причиной подобной реакции, упустив из виду руки Волдеморта.

Том втолкнул мужчину в комнату, вошел внутрь и захлопнул за собой дверь, еще и заклинанием воспользовался, дабы наверняка никто не помешал. Пожиратель, сделавший несколько шагов назад и устоявший на ногах, недовольно посмотрел на гостя.

– Ка…

Быстро. Лорд в одну секунду оказался рядом и закрыл мужчине рот ладонью.

– Скажи, что все это была глупая, затянувшаяся шутка. – Антонин покачал головой. – Упрямый, – почти ласково произнес Волдеморт, меняя положение руки. Теперь его пальцы вжались в нижнюю челюсть Пожирателя, да так сильно, что последний услышал как трещат его кости. – Признай, что это была дурацкая шутка, – почти попросил Темный Лорд. Долохов отрицательно дернул головой. – Даже не понимаешь, во что ввязываешься. Уверен в своем решении? – едва заметный кивок.

Риддл вздохнул и печально улыбнулся. Рука ослабила свое давление, сменила положение, и большой палец прошелся по мягким и сухим губам визави Лорда.

Играть с темными опасно для жизни, короткое развлечение может обернуться смертью, потому что они дико ревнивые. Просто так не отпустят понравившегося человека.

Том знает, помнит. Он не желал отпускать Лили. Надышаться на нее не мог. А уж узнав, что у них будет ребенок, был готов запереть ее, но не отпустить. Маги, обладающие стихией тьмы, жуткие собственники. Они скорее убьют, чем позволят уйти к кому-то другому. Их любовь пробирает до дрожи.

Долохов только что подписал себе приговор, Риддл его не отпустит.

Рука Тома скользнула по шее Антонина, стирая влагу, безжалостно сдирая рубашку. Вторая прошлась по талии и легла на спину, притягивая мужчину ближе к темному магу. Риддл мазнул губами по губам Долохова, прошелся короткими поцелуями по шее, приблизившись к плечу, в которое впился зубами. Пожиратель дернулся, приятного мало, но стерпел. Лорд слизал выступившую кровь и поднял голову.

– Прости, так надо было.

– Нервы успокаиваешь?

– Да, не хотелось бы тебе причинять боль.

– О, я тебе нравлюсь? – насмешливо спросил Антонин, пошевелив плечом. Больно, но терпимо.

– Было бы иначе, я бы тебе давно челюсть сломал. – Отреагировал глава Пожирателей Смерти, обхватывая лицо визави руками и целуя. Настойчиво, жадно.

– Ай, – недовольно дернул головой Долохов, слизнув кровь, выступившую на губе. – Вот обязательно кусаться?

– Извини, – Том едва заметно нахмурился. Паршивое настроение нашло выход, но абсолютно не подходящий. Раздраженно качнув головой, маг оценил открывшийся вид и понял, что бросать партнера в таком состоянии плохо. Возбужденный, разгоряченный и точно даст по морде, если его так и оставят. – Сегодня долго и вдумчиво не получится.

Подтолкнув Антонина к стене, Риддл скользнул пальцами по горячей коже вниз, к поясу брюк. Расстегнув их, ладонь накрыла возбужденный член Долохова, пока через ткань трусов.

– Банальная дрочка? – со вздохом спросил Пожиратель.

– Увы, да, – с едва слышным смешком ответил Лорд, пробравшись пальцами под ткань нижнего белья. Его визави резко втянул воздух. – Расслабься, – пробормотал Том, на миг прижавшись губами к местечку, где бешено бился пульс, – я тебя не съем.

Он сразу же поднял голову и облизнулся, сдерживая порыв вонзиться в беззащитную шею Пожирателя Смерти зубами. Раздражение смешивалось с возбуждением, Волдеморту подобное состояние не нравилось, оно опасное. В первую очередь для его партнера.

Антонин прижался затылком к стене. Мысли плыли, тело пылало, а чужая рука двигалась умело и уверено.

– Я сейчас… – выдохнул он.

– Давай, – жарко выдохнул на ухо Том.

Оргазм не был ослепляющим, но на одну секунду тело ослабло, и Долохов бы сполз на пол, если бы Лорд его не держал.

– Я настолько потрясающий?

– Не успел оценить, – ответил мужчина. – Как насчет продолжения?

– Не сегодня, – на этот раз поцелуй был мягким и без укусов. – Мне надо успокоиться, чтобы всё сделать как надо.

Антонин недовольно фыркнул, когда Риддл быстро покинул его комнату.

Том в данный момент был очень рад, что на нем мантия и его возбуждение незаметно. А тянущую боль и потерпеть можно.

***

Сон даже не думал навещать Ноэля этой ночью.

Ладно, он немного привык к тому, что от него шарахаются. И совсем не чувствовал желания уничтожить всё вот прямо сейчас. Его стихии себя почти не проявляли. Глава рода Эванс простой маг, только обладающий тьмой и землей. Парень не устраивает кровавые оргии, не пытает обидчиков и не собирается топить Британию. Он даже на брата не кричал, на Мартина даже Петуния не кричала. Они просто на два голоса рассказали, как жестоко было с его стороны так над ними издеваться.

Кузен внял. Хотя может он просто в ступор впал, когда услышал о своей стихии и поэтому безмолвно кивал в нужных местах. Рабастан, пусть и присутствовал физически, в мыслях был где-то очень далеко. Но на Ноэля, стоило тому подойти хоть на шагах ближе, реагировал моментально. Удивительно, что мужчина не кричал и не начинал панически метаться из стороны в сторону. В общем, теперь от супруга тети парень держался как можно дальше. Удовольствия от дикого испуга мужчины он не испытывал.

Крестная его удивила. Это вроде была та самая Беллатриса Лестрейндж и в то же самое время не была. Байрон не мог понять, что с ней произошло. Что поменялось, пока не поговорил с женщиной. Легкий налет безумия, всегда присутствующий в ее словах, исчез без следа. Выловив отца, подросток узнал, что проклятие крестной исчезло. Безумие больше не угроза для семьи Лестрейндж.

К Снейпу его не пускали. Мадам Помфри стояла намертво, за ее спиной маячил отец и помощники зельевара. Зеленоглазый не знал, что произошло, но ему не нравилось молчание. Он видел, как тревожно переглядывались старшие маги, знавшие что-то неведомое ему. Замечал перешептывание отца и лекарки.

Все вопросы Ноэля игнорировались. Родитель умудрялся придумать своему сыну тысячу и одно задание, дабы тот не лез, куда не просят. Парень понял – вопросы нежелательны. Особенно от него. Причина не понятна, но именно он должен молча делать, что скажут.

«Интересно, а ночью Снейпа тоже охраняют?» – подумал Ноэль и резко сел в кровати.

А ведь он ни разу не попытался навестить зельевара в темное время суток!

Брюнет опустил ноги на пол и поежился: прохладно. Натянув пижамную куртку и надев комнатные тапочки, подросток пошел к двери и замер перед ней. Несколько секунд он колебался, а после положил руку на стену, используя стихию земли.

Камни шептали, показывали картинки и Ноэль стремительно покраснел, узрев одну весьма смущающую сцену. Вот этого он точно знать не хотел! Впрочем, это значит, что отец занят. Отлично. А что делает мадам Помфри? Женщина отдыхала.

Байрон открыл дверь и торопливо, но тихо пошел в палату. Та пустая, никого, кроме зельевара, там быть не должно.

Действительно, комната была пуста. Белые ширмы скрывали Снейпа, и Ноэль осторожно приблизился к ним, проверяя, нет ли на них магии. Ничего, всё чисто.

Подросток приблизился к кровати и протянул руку, но, увидев, как вспыхнули какие-то чары, отступил назад, готовый к появлению Поппи Помфри.

Тихо. Никто не торопился по коридору, чтобы отчитать парня. Глава рода Эванс подождал еще пару минут. Ничего, только чары погасли. Недоуменно пожав плечами, маг подтащил к кровати стул и устроился на нем.

Наблюдая за тем, как медленно поднимается и опускается грудь мужчины, он уснул.

***

Его окружала вода, в которой можно дышать. Сначала она была иссиня-черной, потом, когда перед его глазами стали появляться разные картины, жидкость начала светлеть, приобретя мутно-зеленый оттенок. Он видел лица людей, которых никогда не знал. С одними мужчина проживал целую жизнь, других видел только мельком. Слышал голоса, смех, проклятия, ярость. Маг понятие не имел, зачем ему это показывают, но подозревал, что это подготовка к чему-то. Когда начали возникать знакомые лица, внутри что-то встревожено встрепенулось. Профессора, знакомые, Том и его свита, друзья, Лили и Мародеры, школьники, которых он не учил, он сам, как молодой преподаватель, ученики, ученики и… Гарри Поттер.

Ярость, ненависть и стыд сменили друг друга, после растворились, смытые беспокойством. Как он?

Окружающая его вода стала почти прозрачной.

Подготовка закончилась.

Сердце тревожно забилось. Началось.

Перед глазами всплыла его жизнь. От самого рождения и до этого момента. Ему показывали всё, не скрывая, не смягчая, не осуждая. Это он. Его действия, выбор и последствия.

Вода стала кристально-чистой и начала уплотняться. Воздух внезапно исчез.

Маг дернулся раз, второй – и преграда, отделявшая его от внешнего мира, рассыпалась осколками льда.

Северус распахнул глаза и глубоко вздохнул. Какое наслаждение просто дышать полной грудью. Темнота вокруг слегка напоминала мутную воду из его «сна», но теперь он точно знал, что не спит и может хоть что-то противопоставить.

Пошевелившись, зельевар с удивлением отметил, как легко и без лишней боли это произошло, хотя он должен был пролежать пластом несколько дней, как минимум. И, по ощущениям, резерв полный, стихия готова отозваться в любую секунду. Однако что-то не так, не на своем месте, как неправильно повешенная картина, при виде которой сразу возникает желание немедленно её поправить.

Снейп сел, снова поразившись легкости, и удивленно моргнул, заметив спящего парня.

С Ноэлем всё хорошо. В груди разлилось тепло, и мужчина улыбнулся.

– Нашел, где спать, – тихо прошептал он, поднимаясь. Осторожно подняв Байрона на руки, Северус устроил  подростка на кровати и сам опустился рядом. – Спокойной ночи, – негромко произнес зельевар, ласково коснувшись пальцами щеки парня.

***

Утром Ноэль осознал, что находится в кровати. Сквозь сон, это ощущение его радовало, но когда остатки ночных видений ушли, парень резко распахнул глаза и оцепенел.

Он лежал рядом с кем-то. Даже немного на этом ком-то. Нагло устроил голову на плече, а чья-то рука придерживала его за талию. Парень пошевелился, никакой реакции. Тогда он попытался выскользнуть, но крепкая ладонь прижала его крепче, а над головой прозвучал тихий, сонный голос:

– Ты чего ворочаешься?

– Северус?! – изумленно спросил Ноэль и резко попытался подняться.

– М-м-м… – застонал Снейп, которому парень, не рассчитавший того, что они слишком близко, двинул в челюсть.

– Прости, – смущенно буркнул Байрон, прижав руку к макушке, будто это могло уменьшить боль.

– Зубы целые, не волнуйся ты так, – произнес зельевар, положив ладонь на голову подростку и заставив его прижать голову к плечу мага. – Потерпи пару секунд. – Магия уколола зеленоглазого брюнета – и боль прошла.

– Невербальная? – уточнил глава рода Эванс. – А тебе колдовать можно?

– Вполне. – Задумчиво ответил Северус. – Как бы я не желал не выгонять тебя со своей кровати, но сомневаюсь, что Том обрадуется этой картине.

Ноэль представил себе это. Вот его отец заходит навестить своего капитана, а тут… в общем, потом будут трупы. Не смотря на то, что ничего такого не было.

Сообразив, о чем он подумал, зеленоглазый стремительно покраснел.

– Очень интересно, – протянул старший маг, – но тебе пора уходить, – печальный вздох не был наигранным. Байрон, поднявшийся с кровати, удивленно обернулся и заметил улыбку, что расцвела на губах мужчины. – Ты красивый.

Подросток пару секунд просто пялился в ответ. А потом резво покинул палату, уже в коридоре прижав к пылающим щекам ладони.

Северус Снейп ему только что сделал комплимент?!

Если вы найдете ошибку выделите ее и нажмите Shift + Enter или Кликните сюда чтобы отправить нам уведомление.

Добавить комментарий